Педагогический альманах ==День за Днем==
 
написать письмо

    Главная

    Новости

    Методика 

    За страницами учебников 

    Библиотека

    Медиаресурсы 

    Школьная библиотека

    Подготовка к ЕГЭ, ГИА

    Одаренные дети

    Проекты

    Мир русской усадьбы 

    Экология

    Методический портфолио учителя

    Встречи в учительской

    Творчество педагогов

    Статьи педагогов в журнале "Новый ИМиДЖ"

    Конкурсы профессионального мастерства педагогов

    Творческие страницы

    Рефераты школьников 

    Конкурсы школьников

    Альманах детского творчества "Утро"

    Творчество школьников

    Фотогалерея 

    Школа фотомастерства

    Доска объявлений

    Полезные ссылки

    Гостевая книга
    Sort

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
    http://cvz.ru/ удаление катаракты лазером стоимость - лечение катаракты лазером.

      День за днем : Статьи 

      Статьи  



    Т.Н. Кезина

    БОЛДИНСКАЯ ЗЕМЛЯ
     
    НИЖЕГОРОДСКОЕ ИМЕНИЕ ПУШКИНЫХ
    Среди многих памятных мест России, связанных с жизнью и творчеством Пушкина, по-особому примечателен уголок земли в юго-восточной части бывшей Нижегородской губернии - село Большое Болдино.

    В творческой биографии поэта ему принадлежит роль не менее значительная, чем известному селу Михайловскому. Сюда, в родовую вотчину своих предков, поэт приезжал три раза. Его пребывание в Болдине было сравнительно непродолжительно - немногим более пяти месяцев в общей сложности. Но именно здесь Пушкиным созданы наиболее значительные произведения 1830-х годов. В этих местах поэт провел осень 1830 года, отмеченную небывалым взлетом творческого вдохновения. Удивительная плодотворность знаменитой Болдинской осени граничит с чудом. Это чудо продолжилось и осенью 1833 года, когда Пушкин посетил Болдино во второй раз. Лишь последний, самый кратковременный, приезд поэта - в 1834 году - не принес таких творческих итогов.

    В последние годы Пушкин не раз возвращался к мысли поселиться в Болдине с семьей. Это дало бы ему желанную независимость и возможность трудиться в тишине и уединении.
    С Болдином были связаны не только творческие устремления поэта. Его постоянно беспокоила дальнейшая судьба болдинской вотчины. Он надеялся и даже пытался взять управление имением в свои руки.

    К началу XIX века когда-то крупное нижегородское владение Пушкиных оказалось раздробленным. История этих земель была связана с пушкинской фамилией в течение нескольких веков, с XVI столетия. По сохранившимся документам известно, что в 1585 году владельцем Болдина числился воевода Евстафий Михайлович Пушкин.
    В 1619 году «за московское осадное сидение» - оборону Москвы от поляков -болдинскую землю получил Федор Федорович Пушкин. С тех пор Болдино передавалось по наследству из поколения в поколение. Постепенно расширились границы пушкинской вотчины. В 1740 году имение унаследовал от своего отца Лев Александрович Пушкин - дед поэта. Подполковник артиллерии, во время мятежа 1762 года он отказался присягнуть Екатерине II и был заточен в крепость. Освобожденный через два года дед, по словам А. С. Пушкина, «уже в службу не вступал и жил в Москве и в своих деревнях». Неизвестно, обосновывался ли Л. А. Пушкин на достаточно продолжительный срок в Болдине, но он по-хозяйски относился к своему нижегородскому владению, заботился о его расширении.
    Лев Александрович умер в 1790 году, после чего имение отошло его детям. В числе наследников был и отец поэта, Сергей Львович Пушкин. Ему, по разделу с братом Василием Львовичем, досталась юго-восточная половина Болдина, а позднее он стал владельцем и села Кистенева, также издавна входившего в родовую вотчину Пушкиных.

    Сергей Львович никогда не жил в Болдине. Почти безнадзорно велось управление имением, доверенное крепостному Михаилу Калашникову. Барская усадьба в отсутствие хозяев приходила в запустение.
    В это время и приезжал сюда поэт, останавливаясь в отцовском доме. Усадьба Сергея Львовича была расположена в центре села. Напротив дома высилась каменная церковь. Неподалеку находился пруд. От него вниз по отлогому холму тянулся Долгий порядок, называемый также Базарной улицей и застроенный низкими крестьянскими избами. Улица вела к Базарной площади. Село издавна славилось по округе большими базарами. Вблизи площади располагалась скромная усадьба Василия Львовича: «флигель для приезду господ» да несколько хозяйственных построек.

    Василий Львович умер в августе 1830 года, после чего его имение, давно заложенное, было продано с аукциона. Пять лет спустя эта половина Болдина стала владением помещика С. В. Зыбина.
    Часть села, принадлежавшая Сергею Львовичу Пушкину, в 1848 году, после его смерти, досталась Льву Сергеевичу Пушкину - младшему брату поэта. Официально в права наследства новый владелец вступил в 1849 году. В связи с этим он приезжал в Болдино, но жить здесь не остался. Вскоре, через три года, Лев Сергеевич скончался. Его вдова, Елизавета Александровна, в течение четырнадцати лет числилась опекуншей имения. В 1866 году болдинским помещиком стал законный наследник - двадцатилетний Анатолий Львович Пушкин, сын Льва Сергеевича. Он обосновался в усадьбе и жил здесь постоянно, как потом и его сын, Лев Анатольевич.

    В 1911 году усадьба была продана государству. Начало новой эпохе в истории бывшей пушкинской усадьбы положило событие, происшедшее 11 апреля 1918 года. В этот день состоялся сход крестьян села Болдина, принявший следующее решение, записанное в протоколе:
    «И на месте сим желательно увековечить память великого поэта А. С. Пушкина (а также равно день великой нашей революции), по обсуждению чего единогласно постановили: данную усадьбу, на ней постройки, сад и при ней полевую землю взять на предохранительный учет…». В 1929 году постановлением Наркомпроса был объявлен заповедным болдинский усадебный парк. А в юбилейном, 1949 году, когда отмечалось 150-летие со дня рождения Пушкина, в Болдине открылся музей. Экспозиция, посвященная жизни и творчеству поэта, занимала здание старой господской конторы. Позднее, в 1963 году, после реставрации бывшего барского дома здесь был создан новый литературно-мемориальный музей А. С. Пушкина.

    ПУШКИН В БОЛДИНЕ

    Пушкин впервые приехал в Болдино, уже переступив порог тридцатилетия - переломную в его сознании возрастную черту. Этот период был для поэта временем сложных переживаний, душевной неустроенности. Многое тревожило его накануне осени 1830 год… Все более тяготил постоянный правительственный надзор. Еще в марте Пушкин писал шефу корпуса жандармов Бенкендорфу: «...Малейшие мои поступки вызывают подозрения и недоброжелательство ... Я ежеминутно чувствую себя накануне несчастья, которого не могу ни предвидеть, ни избежать». В открытую травлю превращались журнальные нападки Булгарина. Литературные критики твердили об упадке таланта поэта. Не случайно в последней, болдинской, главе «Онегина», упомянув современные «альманахи и журналы», Пушкин с грустной иронией заметил:

    ... Где поученья нам твердят,
    Где нынче так меня бранят...

    Несмотря на шутливый тон этого замечания, недоброжелательные и откровенно враждебные отзывы о его творчестве, безусловно, действовали на поэта угнетающе.
    Подавленного настроения, тревог не рассеивало ожидание грядущих перемен в личной судьбе. Пушкин сделал предложение юной Наталье Гончаровой и после продолжительной отсрочки, наконец, получил ее согласие. Но отношения с семьей невесты были непрочны, ненадежны. Перед отъездом в Болдино, где он должен был оформить ввод во владение частью села Кистенева, выделенной ему перед женитьбой из отцовского имения, Пушкин рассорился с будущей тещей и уже не был уверен в том, что его хлопоты не напрасны.

    Выезжая из Москвы, 31 августа, он писал П. А. Плетневу: «Милый мой, расскажу тебе всё, что у меня на душе: грустно, тоска, тоска. Жизнь жениха тридцатилетнего хуже 30-ти лет жизни игрока. Дела будущей тещи моей расстроены. Свадьба моя отлагается день от дня далее. Между тем я хладею, думаю о заботах женатого человека, о прелести холостой жизни. К тому же московские сплетни доходят до ушей невесты и ее матери - отселе размолвки, колкие обиняки, ненадежные примирения… Осень подходит. Это любимое мое время - здоровье мое обыкновенно крепнет - пора моих литературных трудов настает - а я должен хлопотать о приданом да о свадьбе, которую сыграем бог весть когда. Все это не очень утешно. Еду в деревню, бог весть, буду ли там иметь время заниматься и душевное спокойствие, без которого ничего не произведешь…».

    Путь до Болдина через Муром, Владимир, Арзамас занял около трех дней. 3 сентября поэт был в нижегородской деревне.
    В первую же неделю, проведенную здесь, настроение Пушкина меняется. Сельская жизнь с ее неторопливым ритмом и свободой, любимая осень, целительное обаяние деревенской природы действуют на поэта благотворно. В письме тому же Плетневу он делится первыми впечатлениями о Болдине: «Ах, мой милый! что за прелесть здешняя деревня! вообрази: степь да степь; соседей ни души; езди верхом сколько душе угодно, пиши дома сколько вздумается, никто не помешает. Уж я тебе наготовлю всячины, и прозы, и стихов».

    Поэт испытывает подъем творческих сил, начинает работать с удивительной быстротой и плодотворностью. Одно за другим появляются произведения различных жанров, в стихах и прозе. Создается давно задуманное, завершается уже начатое, созревают новые замыслы… Почти ничто не отвлекает здесь Пушкина от сосредоточенного, вдохновенного труда.
    К счастью, не особенно обременительны для поэта оказываются хлопоты, связанные с переходом в его владение двухсот кистеневских душ и с последующим ходатайством об их закладе. Иногда приходится бывать в Кистеневе. Два раза он должен был выехать в уездный город Сергач.
    Вскоре дела улажены, но вернуться назад Пушкин не может. Еще при выезде из Москвы ему было известно, что с низовьев Волги на центральные районы России надвигается эпидемия холеры. Ею оказалась охвачена и Нижегородская губерния. Находясь в Болдине, поэт узнает, что границы губернии оцеплены, на дорогах установлены карантины. Затем доходит известие, что холера добралась до Москвы. «Въезд в Москву запрещен, и вот я заперт в Болдине... - пишет Пушкин 11 октября. - Мы оцеплены карантинами, но зараза к нам еще не проникла. Болдино имеет вид острова, окруженного скалами». Безвыходность положения приводит в отчаяние. Но мощный творческий порыв, охвативший поэта, заставляет его забыть обо всем. Пушкин продолжает работать с необычайной интенсивностью. События задерживают Пушкина в Болдине до самого конца ноября.

    Вернувшись, он сообщал Плетневу: «Скажу тебе (за тайну), что я в Болдине писал, как давно уже не писал…». Постоянным, напряженным творческим трудом были заполнены все три месяца, проведенные в нижегородском имении.
    Непостижимо богат мир образов болдинского творчества Пушкина, удивительно жанровое и тематическое многообразие созданных здесь произведений.
    Болдинской осенью появились «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», написанные на сюжеты из русской действительности. Их героями стали провинциальные помещики и уездные барышни, армейские офицеры, ремесленники-торговцы, бедный чиновник четырнадцатого класса.
    Повести эти были первыми завершенными произведениями Пушкина в прозе. На практике осуществились его требования к прозаическим жанрам, сформулированные ранее: «Точность и краткость - вот первые достоинства прозы. Она требует мыслей и мыслей». В Болдине Пушкин работал и над «Историей села Горюхина». Возникший из размышлений о положении и судьбе крепостного крестьянства замысел «Истории села Горюхина» развился под влиянием непосредственных болдинских впечатлений. Здесь поэт как никогда тесно соприкоснулся со стихией народной жизни, оказался в самой гуще ее. Он ежедневно наблюдал быт крепостной деревни, постоянно общался с крестьянами. Почти вплотную к усадьбе лепились их избы. Из окон дома был виден попов порядок; и, возможно, с натуры была написана безотрадная картина, запечатленная в стихотворении «Румяный критик мой, насмешник толстопузый»:

    ... На дворе  живой собаки нет,
    Вот, правда, мужичок, за ним две бабы вслед.
    Без шапки он; несет под мышкой гроб ребенка
    И кличет издали ленивого попенка,
    Чтоб тот отца позвал да церковь отворил.
    Скорей! ждать некогда! давно бы схоронил.

    От тоскливых впечатлений действительности творческое воображение переносило поэта в иные времена и края - в старую Испанию, средневековую Францию, Англию XVII века… «Драматические сцены» - под таким заглавием объединил поначалу поэт цикл созданных здесь драм, названных затем «Маленькими трагедиями». При их «головокружительном лаконизме» поэт достиг тончайшего психологического раскрытия трагически напряженных человеческих страстей. Исключительны глубина и масштабность художественной идеи каждой из драм. Здесь ставятся проблемы эстетические, социальные, философские. «Маленькие трагедии» - это болдинские произведения Пушкина, замысел которых относится к более раннему творческому периоду. Еще в Михайловском, в 1826 году, были задуманы «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери», «Каменный гость». Очевидно, и начаты они задолго до приезда поэта в Болдино. Осенью 1830 года он продолжил и завершил работу над ними. И только четвертую из трагедий этого цикла - «Пир во время чумы» - Пушкин полностью написал здесь. Основой для нее послужил перевод одной из сцен драматической поэмы Д. Вильсона «Чумный город», которую поэт читал в Болдине. Вероятно, изображение мрачных картин охваченного чумой города не случайно привлекло внимание Пушкина, напомнив ему реальные бедствия, которые несла холерная эпидемия.
    Запертый в нижегородской деревне, «как в острове», Пушкин, должно быть, испытывал острое чувство одиночества. Он остался наедине с собой, с миром своей памяти. Оживали образы прошлого, воскресало все, что казалось «могильным сумраком одето». Болдинской осенью поэт создал «прощальный цикл» стихотворений, посвященных когда-то любимым женщинам.
    С образом Амалии Ризнич связаны «Заклинание» и «Для берегов отчизны дальной». Е. К. Воронцовой адресовано «Прощанье»:

    В последний раз твой образ милый
    Дерзаю мысленно ласкать,
    Будить мечту сердечной силой
    И с негой робкой и унылой
    Твою любовь воспоминать.

    Грустью проникнуты строфы последней главы «Евгения Онегина», написанной в Болдине. Поэт возвращался мысленно ко времени начала работы над романом, думая о минувших годах, о пережитых утратах:

    Но те, которым в дружной встрече
    Я строфы первые читал ...
    Иных уж нет, а те далече.
    Как Сади некогда сказал.
    Без них Онегин дорисован,
    А та, с которой образован
    Татьяны милый идеал...
    О много, много рок отъял!

    Болдинской осенью Пушкин прощался со своим многолетним трудом, с любимыми героями. Кроме созданной здесь заключительной «песни» стихотворного романа, поэт завершал в Болдине «Путешествие Онегина» - главу, вынесенную затем в приложение. Возможно, он работал и над десятой главой, посвященной политическим событиям начала века. Во всяком случае, рукопись была с ним.
    19 октября Пушкин сжег написанное. Сохранилась лишь небольшая часть зашифрованного текста этой главы, прочитанная много десятилетий спустя:

    Властитель слабый и лукавый,
    Плешивый щеголь, враг труда,
    Нечаянно пригретый славой,
    Над нами царствовал тогда ...

    Достаточно было прочитать первое четверостишие, где поэт давал убийственную сатирическую характеристику Александру I, чтобы «крамольный» смысл главы стал ясен. Пушкин не надеялся опубликовать эти строфы. Более того, он опасался хранить у себя рукопись и вынужден был ее уничтожить.
    Последние главы «Евгения Онегина», «Маленькие трагедии», «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», «История села Горюхина», около тридцати стихотворений ... Кроме того, осенью 1830 года в Болдине были написаны «Сказка о попе и о работнике его Балде», шутливая поэма «Домик в Коломне».
    Творческие результаты трех месяцев, проведенных в Болдине, вероятно, удивляли самого поэта. Не случайно, стремясь снова обрести здесь вдохновение, Пушкин приезжает в нижегородское имение три года спустя, осенью 1833-го, завершая поездку по местам, связанным с событиями Пугачевского восстания.

    В этот период поэт мог чувствовать себя спокойно и уверенно. Он снова состоял на службе, имея возможность работать в архивах. Это было особенно важно теперь, когда исторические темы занимали все большее место в его творческих планах. Давно не возникало конфликтов с цензурой; поэт не ощущал прежнего гнета «опеки» Бенкендорфа. Благополучно складывалась семейная жизнь. Существовали материальные неурядицы, но Пушкин надеялся поправить положение изданием «Истории Пугачева».
    В спокойном состоянии духа, освеженный дорожными впечатлениями, приехал поэт в Болдино. Не случайно неполные шесть недель, проведенные здесь, оказались исключительно плодотворными. Добравшись до места 1 октября, он через несколько дней приступил к переработке черновой рукописи своего исторического труда. «История Пугачева» была завершена в первых числах ноября.
    Параллельно создавался «Медный всадник». Работа шла стремительно, хотя над поэмой, ставшей вершиной среди его произведений в этом жанре, Пушкин трудился с предельной напряженностью и взыскательностью к себе.
    В это же время он пишет поэму «Анджело», повесть «Пиковая дама», «Сказку о рыбаке и рыбке», «Сказку о мертвой царевне и о семи богатырях», делает переводы баллад А. Мицкевича. Тогда же в Болдине создается «Осень» (отрывок) - произведение, проникнутое радостным ощущением полноты жизненных и творческих сил. В «Осени» нашли отражение и здешние картины октябрьской природы, и реальные эпизоды деревенской жизни Пушкина. Последние строфы отрывка посвящены описанию таинственного процесса «пробуждения поэзии», разрешающегося вдохновенно счастливыми минутами творчества:

    ... И пробуждается поэзия во мне:
    Душа стесняется лирическим волненьем,
    Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,
    Излиться наконец свободным проявленьем –
    И тут ко мне идет незримый рой гостей,
    Знакомцы давние, плоды мечты моей.

    И мысли в голове волнуются в отваге,
    И рифмы легкие навстречу им бегут,
    И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
    Минута - и стихи свободно потекут.

    Так, осенью 1833 года Пушкин во второй раз пережил в Болдине пору могучего творческого подъема.
    Но внешне эти недели были ничем не примечательны. Дни проходили, похожие один на другой. В письме Наталье Николаевне поэт так рассказывал о своей здешней жизни, о ежедневных занятиях: «Просыпаюсь в семь часов, пью кофей и лежу до трех часов. Недавно расписался, и уже написал пропасть. В три часа сажусь верхом, в пять в ванну и потом обедаю картофелем да грешневой кашей. До девяти часов - читаю».

    Вероятно, подчиняясь подобному однообразному ритму, протекала жизнь Пушкина и в следующую осень, когда он опять оказался в Болдине. Но в этот раз ему уже не удалось «расписаться» здесь. Отвлекали другие заботы…
    Поэт приехал в имение в середине сентября 1834 года и прожил здесь всего три недели. Последнее посещение Болдина было связано с хлопотами по делам отцовского имения, управление которым Пушкин временно принял на себя.
    Он был рад снова оказаться здесь и надеялся, что, кроме хозяйственных дел, будет иметь время для литературных трудов, взял с собою черновики «Капитанской дочки». «Написать что-нибудь мне бы очень хотелось. Не знаю, придет ли вдохновение», - писал Пушкин жене. В следующем письме он жаловался: «Скучно, мой ангел. И стихи в голову нейдут; и роман не переписываю... Погожу еще немножко, не распишусь ли; коли нет - так с богом и в путь». В этот раз здесь была написана только «Сказка о золотом петушке». Приходилось заниматься хозяйством, поправлять дела разорявшегося имения: надо было заботиться о стареющих родителях и о будущем детей.
    Материальное положение семьи все более беспокоило Пушкина. Долги росли. Столичная жизнь оказалась слишком дорога. Поэт пытался подать в отставку, чтобы уехать в деревню, но вызвал этим упреки в «неблагодарности» по отношению к царю. Отношения с Николаем I, с царским двором снова обострились, особенно после «пожалования» Пушкину придворного звания камер-юнкера, оскорбительного для его возраста.

    Тогда в своем дневнике он записал: «Третьего дня я пожалован в камер-юнкеры (что довольно неприлично моим летам). Но двору хотелось, чтобы Наталья Николаевна танцевала в Аничкове». Унизительность и зависимость нового положения угнетали поэта. Все чаще его охватывало ощущение безысходности, глубокой усталости. Не рассеяла этого состояния и поездка в Болдино. Он уже не смог обрести здесь «душевного спокойствия», необходимого для творчества.


    Т.Н. Кезина, научный сотрудник Музея-заповедника А.С. Пушкина в с. Большое Болдино
    (Глава из кн. "Пушкинские места России", М., Профиздат, 1984. Стр. 254-278)





    © 2006 - 2015 День за днем. Наука. Культура. Образование