Распопин В. Н. Плохиши Франчески Саймон

 

В. Н. Распопин

Плохиши Франчески Саймон

Саймон, Франческа. Ужасный Генри: рассказы / пер. с англ. Н. Конча, М. Мельниченко; ил. Т. Росса. – М.: Росмэн-Пресс, 2010. – 96 с., ил. – (Ужасный Генри) 
Саймон, Франческа. Ужасный Генри и тайное общество: рассказы / пер. с англ. Н. Конча, М. Мельниченко; ил. Т. Росса. – М.: Росмэн-Пресс, 2010. – 96 с., ил. – (Ужасный Генри) 
Саймон, Франческа. Ужасный Генри и мумия: рассказы / пер. с англ. Н. Конча, М. Мельниченко; ил. Т. Росса. – М.: Росмэн-Пресс, 2010. – 96 с., ил. – (Ужасный Генри)  


Поговорим о плохишах, точнее о книжках про плохишей, еще точнее – о двух переводных книжных сериалах, сравнительно недавно вышедших в издательствах «Росмэн» и «Эгмонт». Один из них называется «Ужасный Генри», его сочинила американская писательница Франческа Саймон. Другой принадлежит перу английского автора Сэма Левеллина и называется «Милые крошки». Впрочем, в сегодняшнем письме я коротко расскажу только о первом сериале, а через два-три дня пришлю вам статью о втором.

Итак, сериалы о плохишах. Наверное, прежде всего следует сказать о том, кто такие плохиши и что такое сериалы. Разумеется, все понимают, что плохиши – это плохие, точнее непослушные дети, а сериал – это продолжающийся текст. Плохишами капризные, непослушные, а иной раз и просто гадкие дети стали называться у нас, в общем, с легкой руки советского писателя Аркадия Гайдара, в сказке которого про Мальчиша-Кибальчиша у главного героя был антагонист, так и звавшийся Мальчишом-Плохишом. В принципе, плохиши всегда существовали в детской литературе (вспомните хотя бы Тома Сойера, Незнайку или Карлсона), но, во-первых, они были скорее озорниками, нежели плохими детьми, во-вторых же, и озорничая, неизменно совершали добрые поступки. То есть, сочинители никогда не выходили за границы этики, четко различая добро и зло и неизменно направляя к добру колеблющихся персонажей.

После русской революции и Второй мировой войны, после недолгого инерционного затишья, в литературе, да и в целом в культуре произошел надлом, четкая граница между добром и злом стерлась, в качестве главных героев не только бульварной, но даже и настоящей литературы (не говоря уж о популярной музыке, кино и особенно телевидении и тяжелом роке) зачастую стали выступать отъявленные негодяи. И общество, не сумев противопоставить новой идеологии ничего серьезного, если, конечно, не считать отдельных голосов вопиющих в пустыне, приняло за образец для подражания именно плохишей. Героями без страха и упрека, возносимыми чуть не под облака беллетристикой, кинематографом и телевидением, стали грабители, гангстеры, насильники, в лучшем случае ловкие мошенники.

Настоящая литература, сохранившая правильные понятия о нравственности, ушла в подполье. То, что в абсолютном большинстве мы сегодня называем литературой, на самом деле ею не является, поскольку настоящая литература, мучительно размышляя о неразрешимых противоречиях, о незаслуженных страданиях, о реальной жизни, которая вовсе не бесконечна, а напротив, коротка и трагична в самой своей сути, заставляет читателя сострадать, то есть страдать вместе с автором и его героями. И вовсе не поводу того, что у медвежатника никак не получается взломать сейф или какого-нибудь крестного отца мафиозного клана не вовремя подстрелили боевики противоборствующей семьи.

за похождениями какого-нибудь бандита Фантомаса можно ведь до бесконечности, ибо он приходит ниоткуда и, к сожалению, никуда не уходит. Вокруг подобных фигур, как вокруг спортсменов и рокеров, легко образуется группы фанатиков. Именно на них в основном и работает телевидение. Именно для них и делаются многосезонные сериалы и мыльные оперы. К великому сожалению, и беллетристика теперь четко сориентирована на требования Голливуда и ТВ. И, что печальнее всего, даже детская беллетристика.

«Ужасный Генри» как раз и есть образчик того, что требуется сегодня от беллетристики, написанной вовсе не по приказу совести и таланта, даже не по велению вдохновения, а из расчета на то, что телевизионщики или киношники заметят, оценят и купят. Что, кстати, и произошло – фильм об Ужасном Генри недавно вышел на экраны.

Теперь о художественном впечатлении от трех из множества книжек о похождениях этого персонажа. Написаны они одинаково мастеровито, составлены каждая из четырех маленьких рассказов о том или ином капризе плохиша. Читаются легко, порой вызывают смешок, но и некое недоумение авторским восхищением проступками мальчишки, а главное – полной пассивностью окружающих: родителей, соседей, учителей. Наказать мальчишку невозможно – у взрослых для этого решительно отсутствует сила воли, у сверстников – темперамент. В результате из рассказа в рассказ «герой» измывается над окружающими ровно настолько, насколько ему позволяет воображение. Оно же, в данном случае - к счастью, небогатое. Все, что Генри может выдумать или захотеть – это нашкодить, наесться сладкого и вредного и закатить скандал после того или даже перед тем, как его начнут усовещевать.

Так вот и строится каждый рассказ. И больше ничего не происходит. Впрочем, нет, происходит: еще Генри в каждой новелле измывается над своим братишкой, откровенно списанным с твеновского Сида Сойера. Тексты, составляющие книжки и весь сериал, сделаны на одном уровне, от рассказа к рассказу ни на каком из планов – художественном или психологическом – ничего не меняется, поэтому я, например, уже к концу второго сборничка откровенно заскучал. Полагаю, что заскучаете и вы, юные книгочеи. И будете правы – даже посредственный, в сущности, сериал про Гарри Поттера в сравнении с «Ужасным Генри» представлется талантливой беллетристикой, ибо там хотя бы наличествуют многочисленные и не одномерные персонажи и постоянно что-то происходит.

Так, увы, бывает, теперь нередко: читается книжка вроде бы и неплохо, а несколько часов спустя невозможно вспомнить, о чем она рассказывает. «Ужасный Генри» из этого числа, и я бы, пожалуй, не стал о нем вообще ничего писать, если бы не удивительный коммерческий успех этих книжек и на Западе, и у нас, и если бы не единодушные восторги сетевых критиков, взахлеб пишущих о юморе Франчески Саймон, ее глубоком понимании детской психологии, чуть ли не гениальном писательском даре, благодаря которому читатель видит персонажей рассказов их же собственными глазами и т.д., и т.п.

Просмотревшему всю эту «критику», право же, невозможно не задать господам сочинителям простой и совершенно не ехидный вопрос: ребята, а читали ли вы хотя бы «Приключения Тома Сойера»?

На этом, друзья мои, сегодня я прощаюсь с вами, чтобы в следующий раз завершить разговор о плохишах рассказом о гораздо более ярких в художественном плане сатирико-фантастических сказках Сэма Левеллина, блистательно переведенных на русский язык знаменитым Виктором Голышевым, которые и буду рекомендовать вам к прочтению. Что же до «Ужасного Генри», решайте сами читать или не читать, тратить время впустую на откровенную поделку или перечитать, например, того же Марка Твена.