Кречетова А. На краю стихий. Архангельск

Север… Богатая, почти не тронутая цивилизацией земля. Города и селения здесь – островки среди бескрайнего лесного океана. Как думали тысячи лет назад, там, где «зеленое море тайги» встречается с суровым Белым морем, и находится загадочный «край света».

Столетия пролетают над Землей. И с каждым поколением являлись смельчаки, готовые заглянуть в неведомый мир, за самый «край земли». Многие из них не возвращались обратно. Но снова и снова мечта зовет людей вперед, к неизведанному, навстречу тайнам и открытиям. И как часто их дорога в огромный мир начиналась отсюда – из первого российского морского порта, Архангельска.
Город-порт – всегда дорога в большой мир. Это выход, лучше даже сказать, некий портал в будущее. Это путь к новым открытиям и новым берегам.

Архангельск – старинный город, расположенный в устье Северной Двины, в 30—35 километрах от ее впадения в Белое море. Именно отсюда, из этих земель, отправился в дальний путь, движимый тягой к ученью, Михаил Ломоносов. Потому что порт – это всегда и врата в познание нового, неизведанного…
У Бориса Шергина есть сказка, «Ваня Датский». В ней говорится о том, как сын вдовы Аграфены в 14 лет убежал на корабле в море, его манили к себе дальние страны, чужие края. Вот так же и будущий ученый, девятнадцатилетний отрок, сын Васильев, из деревни Денисовка (она же – Болото, современное название – Мишанинская), как гласит история, ночью покинул родительский дом и, взяв у соседа Фомы Шубного «китайчатое полукафтанье и заимообразно 3 рубля денег», отправился в дальний путь.

Архангельский край – земли суровые, где человек ведет ежечасную борьбу со стихией. Сколько смелых, отправляясь к дальним берегам, не знают, вернутся ли они обратно. Недаром здесь, на острове Соломбала (ныне – историческая часть Архангельска), установлен камень «Тем, кого не вернуло море»…
Так и отец Михаила Ломоносова, в 1740 году распродав имущество, вышел в путь на корабле – и уже не вернулся. Если вспомнить, что сын его находился в то время за границей, можно предположить, что отец планировал отъезд к нему. Но Василий Дорофеевич, выйдя в море, погиб…

* * *

Начало развития порта Архангельска относится к XVI веку – к эпохе великих географических открытий.
Интересно, что к этому времени Колумб уже совершил свое историческое плавание в Америку. А вот морской путь из Европы в земли Северной Руси европейцам был неведом. В это время Англия, Голландия и другие европейские страны активно искали новые торговые маршруты. В частности, по причине разделения бассейна Атлантического океана на сферы влияния между Испанией и Португалией (Тордесильясский договор от 1494 года).
До эпохи петровских реформ российского флота не существовало как такового. Но даже при наличии флота молодое государство вряд ли могло бы соперничать на море с той же Англией. Иван Грозный вел Ливонскую войну, веря, что она станет способом получить выход к Балтике, – но проиграл ее, – и выходы к морю оставались для Московии закрыты.

Примерно в это же время на севере страны происходит удивительное событие – английский корабль «Эдуард Бонавентура», отправленный на поиски северного пути в Индию и Китай, сбивается с курса, а 24 августа 1553 года его прибивает к дикому и пустынному берегу в дельте Северной Двины. Два других корабля этой флотилии, отправленной британским королем на поиски новых земель, решают остаться до следующего лета в устье реки Варзина на Кольском полуострове. Суровой зимой их экипажи (70 человек) полностью погибают вместе с командующим флотилией адмиралом Хью Уиллоби.

Что касается унесенного бурей «Эдуарда Бонавентуры», то его команде посчастливилось встретиться с жителями небольшого села Нёксима (остров Ягры), которые в тот день занимались рыбным промыслом. Но вид большого корабля настолько испугал рыбаков, что они, побросав снасти и улов, немедленно обратились в бегство. Англичанам пришлось спустить с корабля шлюпку и уже в ней продолжить попытки догнать местных жителей, не желавших идти на контакт. Чуть более общительными оказались насельники соседнего Николо-Корельского монастыря, находившегося рядом, в устье Северной Двины.

От них-то плывший на корабле посланник британской короны Ричард Ченслер с удивлением узнал, что оказался не в Индии, но в холодных землях Северной Руси, где мало кто обитал, кроме волков и медведей. Немногочисленная братия отправила Ченслера сначала в соседний Михайло-Архангельский монастырь, а оттуда – в Москву, к государеву двору.

Иван Грозный, несомненно, был более чем обрадован столь счастливому стечению обстоятельств, которое могло помочь наладить торговые отношения с Западной Европой. Он немедленно дал английским купцам разрешение на свободный въезд и передвижение, право на беспошлинную торговлю и ряд других привилегий. Таким образом, основанное в Лондоне «Общество купцов искателей приключений для открытия неведомых земель, островов и держав» действительно отыскало новый прибыльный торговый путь. А «Московская компания», появившаяся благодаря Ченслеру, просуществовала со времен Ивана Грозного вплоть до 1917 года.
Сам же Ченслер в одном из следующих плаваний погиб у берегов Шотландии, пытаясь спасти московитского посла Осипа Непею, отправленного Грозным в Британию (посол остался жив).

Стремясь поведать миру о своих путешествиях, Ричард Ченслер успел написать «Книгу о великом и могущественном царе России» (1553), где вполне достоверно рассказал о жизни людей на Руси в тот период. Прежде всего англичанин упомянул о бедности и невиданной суровости условий существования простых людей, – которые вполне неприхотливы: в холодную ночь им достаточно куска войлока и костра, чтобы не замерзнуть. С другой стороны, при царском дворе в обычае столь же невиданная пышность и стремление выставить напоказ богатства, которые, по наблюдениям путешественника, у знати необычайно велики.

Некоторые наблюдения Ченслер сделал, в частности, о состоянии христианской веры на Руси: «О заповедях они держатся того мнения, что они даны Моисею в законе, который отменен теперь бесценными страданиями и смертью Христа, отчего мы (говорят русские) и не соблюдаем их почти». Ричард Ченслер сравнивает московское государство с молодым конем, который еще не понимает свою силу, и потому управлять им пока что может любой. Но если только эта сила станет коню известна, никто уже не сможет справиться с ним…

* * *

Вскоре после прибытия в Россию Ченслера (если точнее, то в 1583 году) неподалеку от Михайло-Архангельского подворья, на мысе Пур-Наволок, Иван Грозный повелевает выстроить небольшую крепость, а рядом устроить корабельную пристань.
Но почему для постройки порта, предназначенного стать первым «окном в Европу», выбрали окрестности Михайло-Архангельского монастыря? Ведь Ченслер высадился на побережье Белого моря, в 30 километрах от будущего Архангельска. Ответить на этот вопрос нам поможет географическая карта. Мы видим на ней, что тогдашний центр края – село Холмогоры – находится в 77 километрах от Николо-Корельского монастыря, на пути в Москву по Двине. А как раз на полпути между ними – Михайло-Архангельский монастырь. Таким образом, он являлся важной остановкой на пути от Белого моря, связывая место высадки англичан с крупнейшим в то время населенным пунктом края.

Заходить в Холмогоры морским кораблям было бы затруднительно. Вот почему порт и возник здесь, рядом с небольшой монашеской обителью, которая считается достаточно древней (первое упоминание о ней в летописи относится к 1419 году). Сейчас на мысе Пур-Наволок, откуда началось строительство крепости, установлена мемориальная стела.

* * *

Земли, где высадился Ричард Ченслер, несмотря на суровость климата, не были необжитыми. Село Холмогоры – торговый центр Заволочья, обширной территории, раскинувшейся далеко за новгородскими владениями, на сотни километров от Онеги до Урала.
От Холмогор до Новгорода, который Ченслер называет Tratanowe, – 162 километра. Небольшое расстояние для местных охотников и оленеводов. Они-то (преимущественно финно-угорские племена) и составляли население этого сурового края к IX веку, когда русские купцы начали его освоение.

Сначала новгородцы обложили эти земли данью, а затем стали постепенно присоединять территории к своим вотчинам. В частности, наибольшая часть присоединенных к Новгороду земель принадлежала роду Борецких. Известно, что оба сына Марфы Борецкой (Антон и Феликс) погибли здесь, в Заволочье. Они утонули при невыясненных обстоятельствах и были похоронены как раз в Николо-Корельском монастыре. А посадница Марфа, потеряв детей, щедро жертвовала обители. Административным центром при новгородских правителях была небольшая деревня Матигоры, находящаяся в пяти верстах от Холмогор.

Человек, который прислушивается к языкам, конечно, отметит ряд фонетических соответствий в некоторых словах народов севера Западной Европы, населения Новгородчины и бывшего «Заволочья». Такие соответствия, конечно, не случайны, а говорят об очень давних контактах жителей этих земель. Например, известное новгородское слово «вече» имеет фонетическое соответствие со словом «вӧча» (по-коми – дело) или с английским «work» (работа). Или – «челядь» – в старославянском и древнерусском – домочадцы, работники, в коми языке – дети, сравним с английским – «child» (ребенок).
Ясно, что у новгородцев и финно-угорских племен богатая общая история. И вот почему их дальнейшие контакты не могли быть случайными, а диктовались сравнительной близостью проживания и жизненной необходимостью осуществления торговли и товарообмена.

* * *

Как сказано в летописи, летом 1584-го на мыс Пур-Наволок к Михайло-Архангельскому монастырю прибыли «посланные с Москвы на Двину воеводы Петр Афанасьевич Нащокин да Залешанин Никифоров Волохов». Поставленный ими город представлял собою небольшое укрепление с деревянными стенами, восемью башнями и тремя воротами. Тогда же рядом с ним было устроено и «корабельное пристанище», где могли останавливаться иностранные суда.
Население посада, привлеченное обещаниями льгот, стало увеличиваться – хотя поначалу люди поселялись здесь на время навигации. На экспорт шли хлеб, сало, смола, лен, меха. Иностранные корабли везли на продажу сукно, сахар, оружие.
В 1637 года пожар уничтожил множество построек – и тогда из Москвы от царя Михаила Федоровича прибыли «градодельцы», которые подняли постройки из голландского кирпича.

Так Архангельск постепенно превращался в центр внешней торговли – и сердцем его становился морской порт, который, по словам историка С. Ф. Огородникова[1], стал «колыбелью коммерческого и военного флота России».

* * *

29 июня 1693 года сюда из Вологды речным путем приплыл молодой Петр I.
Осмотрев окрестности, он совершил прогулку по Белому морю на адмиральской яхте «Святой Петр». Именно на этой яхте тогда впервые и был поднят нынешний российский флаг-триколор. Здесь, в Архангельске, Петр велел построить верфь и осенью 1693-го «своими руками заложил на Соломбале первый торговый корабль» – фрегат «Святой апостол Павел». А также, понимая важность создания флотилии в Белом море, повелел обучаться за границей корабельному делу.
Весной Петр вновь посетил Архангельск и 20 мая 1694 года участвовал в спуске на воду начатого им корабля. Тогда же он велел приобрести в Голландии первый военный фрегат «о 44 пушках», а на нем «привезти сукна войску».
Во второй приезд в Архангельские земли царь решил отправиться на яхте «Святой Петр» в Соловецкий монастырь. Во время плавания разыгралась страшная буря, экипаж и пассажиры приготовились к гибели, исповедовались и причастились. Вдруг некий лоцман Антип, местный житель, попросил дозволить привести судно к берегу. В результате корабль безопасно добрался до суши. На месте своего чудесного спасения царь повелел основать Пертоминский монастырь.

30 мая 1702 года Петр I в третий раз прибыл в Архангельск вместе с царевичем Алексеем. К его приезду местные купцы Баженины спустили на воду судна «Курьер» и «Святой Дух». Как гласит история, «хозяину Вавчугской верфи Осипу Баженину царь подарил свой портрет, собственноручно вырезанный на кизиловом дереве, в лавровом венке».
Чтобы находиться в курсе организации торговли с западными странами, Петр записался в купцы и самолично отправлял товары за границу. Туда шли доски, канаты, смола, рыба, клей. Отметим, что в течение многих десятилетий канаты из России считались лучшими, – именно их в первую очередь использовала, например, Великобритания.

С 1694 по 1718 год Архангельск вел активную торговлю с европейскими странами, которую Петр всемерно поощрял.
В 1701 году началось строительство Новодвинской крепости. 25 июня 1701 года здесь удалось отразить нападение эскадры, высланной Карлом XII для уничтожения Архангельска, – сражение стало первой победой над шведским флотом.
В 1722 году Петр издает указ о том, чтобы в Архангельске вели торговлю лишь для обеспечения жителей предметами первой необходимости. Экономика края постепенно начала приходить в упадок.

Самым благоприятным временем для развития торговли в Архангельске историки называют время наполеоновских войн – с 1809 по 1814 годы. В это время Франция запретила европейским державам торговать с Англией. Тогда британские суда под американским флагом стали приходить в Архангельск. Они везли из России лен, сало, кожи, семя льняное и конопляное, щетину, лес и другие товары.
В 1811 году в Архангельске произошло страшное наводнение. «Напор льда выбросил далеко на берег зимовавшие в порту российские и иностранные суда, некоторые даже на середину Двинских островов, в лесную чащу».

После Отечественной войны 1812 года значение Архангельского порта упало, поскольку развивающиеся внешнеторговые связи России проходили преимущественно по Балтийскому морю, а также по западной сухопутной границе. Но во второй половине XIX века Архангельск вообще утратил значение как порт. Причиной стало упразднение Архангельского главного военного порта в 1862 году[2]. Тем не менее город продолжал развиваться.

Несколько оживило экономику края строительство железных дорог «Архангельск – Вологда» (1897) и «Пермь – Котлас» (1895—1898).
В начале XX столетия Архангельск становится основной российской базой освоения Арктики. В 1915 году здесь было открыто ледокольное бюро, в состав флотилии входили 13 ледоколов и ледокольных судов.
В Гражданскую войну, до 1920 года, во главе края находилось правительство, состоявшее в основном из эсеров. Город пережил иностранную интервенцию, здесь располагался 20-тысячный контингент союзных войск.

* * *

В советские годы Архангельск рос, в нем строились новые предприятия. Во время Великой Отечественной войны сюда приходили грузы по ленд-лизу – самолеты, танки, автомобили, оружие, боеприпасы. Город подвергался жестоким бомбардировкам – было много разрушений, в частности, уничтожена железнодорожная станция, пострадал судоремонтный завод «Красная кузница» (основанный еще Петром I) и другие предприятия.
В это время в Архангельске образовался огромный дефицит продовольствия – 28 тысяч человек умерли от голода в 1942 году. Люди перешли на альтернативные продукты – развернулась заготовка жира и мяса тюленей, морских водорослей, ягод. Если до войны мясо тюленя пользовалось широким спросом прежде всего в исправительно-трудовых лагерях, то в войну оно уже выдавалось по карточкам с литерами УДП – «усиленное дополнительное питание». Сейчас на набережной Северной Двины установлен памятник «Тюленю – спасителю жителей Архангельска и блокадного Ленинграда».

* * *

История Архангельска – в названиях его улиц. Дореволюционные – Норвежская, Американская, Бременская, Банковская, Садовая, Госпитальная, Рождественская…
Архангельск – порт круглогодичной навигации[3]. Отсюда идут маршруты по Белому, Карскому и Баренцеву морям, а также Северный морской путь. Архангельский порт отправляет три основных категории грузов: на импорт-экспорт, обслуживает торговлю вдоль побережья Белого моря и Ледовитого океана, а также осуществляет речной грузооборот в бассейне Северной Двины.

В XXI веке был запущен масштабный проект «Белкомур», согласно которому предполагалось построить железнодорожную магистраль протяженностью 1155 километров от Перми через Республику Коми до Архангельска (Архангельск – Сыктывкар – Соликамск). В настоящее время осуществление проекта отложено по недостатку инвестиций, но, вероятно, в недалеком будущем будет возобновлено. Что, разумеется, усилит экономическое развитие региона.

А жители Архангельска, несмотря на повседневные заботы и хлопоты, очень бережно и трепетно относятся к своим традициям и культуре. Они благодарны тем, кто вносил хотя бы небольшой вклад в развитие их суровой земли. И, например, 21 июня 2012 года на проспекте Чумбарова-Лучинского была установлена гранитная плита «Основателю Архангельска, великому князю московскому Ивану Грозному, первому русскому царю, инициатору демократических реформ XVI века, покровителю книгопечатания на Руси, от благодарных архангелогородцев»…


[1] Огородников Семен Федорович (1835—1909), полковник по адмиралтейству, историк Архангельского порта.
[2] Решение было принято приказом генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича в рамках общей политики сокращения государственных издержек, в том числе по линии Морского министерства. В результате с русского Севера были выведены практически все суда Российского императорского флота, осуществлявшие контроль за полярными морями.
[3] Порт Архангельск замерзает. С ноября по апрель круглогодичную навигацию в акватории и на подходах обеспечивают ледоколы.